Границы двигаются — люди остаются
0:00:00
0:00:00
0:00:00

Этот эпизод мы записали еще летом, в деревне Сужёнис. Дождавшись сегодняшнего дня, он стал только актуальнее. Наши собеседники Владислав Малюк, глава суженяйской общины и его мама Ирена, которой сейчас 86 лет. Вместе они описали почти 100 лет жизни в этом краю. Границы двигались, а люди оставались — единственное, быть может, постоянство тех времен.

«Считаем себя местными поляками, забытыми здесь когда-то, — говорит Владислав. — История так распорядилась. Польша просто подвинулась. А мы-то остались на той же земле. В радиусе 100 километров, где жили наши прадеды-деды, возделываем ту же землю. И надеюсь, и мои дети тоже самое будут делать. Мы сюда не приехали, мы здесь были».

«Мне 41 год и я студент. Изучаю европеистику. Идея Европейского союза заключалась в том, чтобы война не повторилась. Когда государства в каком-то союзе, они договариваются, общаются. И нет пока войны на территории ЕС», — продолжает собеседник.

«Я больше слежу за политической жизнью Литвы и России, — делится Владислав. — За польской минимально. Мы поляки, но в Польше я никогда не жил. Я родился в СССР. В детстве нам не преподавали польскую историю. Я ходил в русскую школу, родители так почему-то придумали. Тогда история была одна, актуальная для России. А сейчас слушаем и читаем там, где живем. Нам актуальны те законы и та жизнь, которая здесь, — значит литовские. А российские… нет, не потому что привычка. СССР развалился, когда мне было 15 лет. Мне просто интересно, как это все работает. Как без конца и без краю твердят, что все хорошо, а ты включаешь Youtube или другую какую-нибудь программу и видишь, как там страшно в глубинке. Смотрю и центральные российские каналы, и Навального, и украинских блогеров. Включаешь эти федеральные канады, Соловьева, они все про Украину и Америку, а вы вокруг посмотрите: дети детей режут, пьянство, балаган, бардак».

«В России не бывал, но был в Беларуси. Тоже едешь по центральным дорогам — все хорошо и красиво. Только съехал с дороги в сторону, в такую же деревню, как Сужёнис, и видишь, как заросли дома, люди не прибираются. С весны не кошено. Полынь стоит. Думал никто не живет, а смотришь, одна-другая бабка там копается. Я лично думаю, наша провинция, как не крути, лучше живет. Не таких запущенных городов. Травку сеют, косят, цветочки сажают. Ремонт старики даже делают. Соседка-пенсионерка крышу поменяла, собрала как-то. Не богатые люди, простые. Народ-то тот же. Не знаю почему так. Может, денег нет».

«На почте телеграммы нужно было принимать азбукой Морза. И крутить коммутатор рукой. А теперь мобильные телефоны и ничего не надо крутить».

Инвестиция в журналистику – это инвестиция во всех нас. Окажите финансовую поддержку NARA

Patreon

«Шестерых детей вырастила. 5 сыновей и одна дочка. Владислав последний. В 46 лет его родила. Войну пережила. Отец в Армии Крайова служил в Валкининках, уланом. Погиб он в 46-ом. Осталось нас трое детей у мамы. Убили его. Бандитизм тогда был».

«Вот теперь счастливые времена. Сижу и гляжу. Не надо работать. Пенсию получаю. А тогда пожилые люди тоже работали»

«Бабушка приторговывала. Детей надо было прокормить. Арестовали ее. Щавель собирали на продажу. Мясо, если в деревне кто-то скотину резал, — помогает Владислав. — Мама сидела на Лукишкю, — продолжает Ирена. — Сталин умер и амнистию объявили. Года не просидела. Ягоды, яйца, масло в Вильнюс везли. Поезд шел с Варены. Так мы без билетов забирались на крышу вагона. Только в Паняряй было страшно, там этот туннель. Приедешь на Подгалле, продашь, а потом купишь муки, хлеба, булочку. Потом в кино. О войне все кино было. И домой. А домой уже и билет покупали».

Подпишитесь на подкаст CoMeta на Spotify и других подкаст-платформах.

Чтобы использовать информацию, опубликованную на веб-сайте CoMeta, свяжитесь с нами по адресу cometa@nara.lt